+7 (499) 288 16 73  Москва

+7 (812) 385 57 31  Санкт-Петербург

8 (800) 550 47 39  Остальные регионы

Бесплатная юридическая консультация!

Не нашли ответ на свой вопрос?

Проконсультируйтесь с юристом бесплатно!

Это быстрее, чем искать.

Ответ юриста уже в течение 10 минут

Закрыть
Кратко и ясно сформулируйте суть вопроса.
Пример: "Как открыть ООО?",
"Не выплачивает страховая, что делать?"
Запрещено писать ЗАГЛАВНЫМИ БУКВАМИ
Сформлируйте ваш вопрос как можно точнее и подробнее.
Чем больше информации - тем точнее будет ответ.
  • img

    Конфиденциальность

    Ваши персональные данные нигде не публикуются. Передача информации защищена сертификатом SSL.
  • img

    Быстро и удобно

    С нами вы сэкономите массу времени, ведь мы отобрали лучших юристов в каждом из городов России.

Спасибо, наш юрист свяжется с вами по телефону в ближайщее время. Также ваш вопрос будет опубликован на сайте после модерации.

Правовой режим доли в уставном капитале ооо


Уставный капитал ООО разделен на доли, однако в уставе не содержатся сведения о размере и номинальной стоимости доли каждого участника и указывается лишь размер уставного капитала в целом.

Размер доли участника в уставном капитале ООО определяется в процентах или в виде дроби (п. 2 ст. 14 Закона об ООО). Объем прав, предоставляемый долей участия при прочих равных условиях, одинаков для всех участников. Закон об ООО различает номинальную стоимость доли и действительную стоимость доли, которая соответствует части стоимости чистых активов общества, пропорциональной размеру доли участника. Следует подчеркнуть, что алгоритм определения величины чистых активов ООО аналогичен порядку определения этих активов применительно к АО. Стоимость чистых активов определяется как разность между величиной принимаемых к расчету активов организации и величиной принимаемых к расчету обязательств организации (см. приказ Минфина России от 28.08.2014 № 84н «Об утверждении порядка определения стоимости чистых активов»). Следует иметь в виду, что термин «доля в уставном капитале» употребляется в Законе об ООО и в ГК (применительно к ООО) в двух значениях: как элементарных долей заранее определенного размера, на которые разделен уставный капитал, и как совокупной доли (совокупности элементарных долей), принадлежащей одному участнику. Например, совокупная доля участника в уставном капитале, равная 20%, может состоять из 20 элементарных долей по 1% или четырех долей по 5%.

Доли конкретных участников фиксируются в списке участников ООО. ООО обязано вести список участников общества с указанием сведений о каждом его участнике; о размере принадлежащей участнику доли в уставном капитале; об оплате доли; иных сведений.

В уставе ООО может быть предусмотрено некоторое ограничение прав участников по владению и перераспределению долей внутри общества. Это можно сделать как при учреждении ООО, так и впоследствии, но только путем единогласного решения всех участников общества. Закон допускает следующие ограничения:

  • • можно ограничить максимальный размер доли каждого участника;
  • • можно запретить изменение соотношения долей участников общества.

Однако эти ограничения не могут быть сделаны по отношению к конкретным участникам общества. Статья 21 Закона об ООО установила определенный, хотя и не закрытый перечень оснований перехода доли или части доли участника общества в уставном капитале общества к другим участникам или к третьим лицам. Так, установлено, что переход доли может осуществляться: на основании сделки; в порядке правопреемства; на ином законном основании.

Являясь закрытой корпорацией, ООО характеризуется довольно сложной процедурой перехода права на долю, при этом особые преграды возникают для третьих лиц — неучастников общества. Отчуждение доли третьим лицам может быть совершено, если устав общества не запрещает подобную сделку. При отчуждении доли в пользу других участников, как правило, согласие корпорации или других участников общества не требуется. Однако в уставе можно закрепить правило, предусматривающее обязательное согласование подобной сделки с остальными участниками либо непосредственно с обществом (и. 1 ст. 21 Закона об ООО).

Можно указать на ряд достоинств ООО как закрытой корпорации по российскому законодательству:

  • • отсутствие необходимости выпуска и размещения акций;
  • • высокая степень конфиденциальности осуществления бизнеса из-за отсутствия необходимости раскрывать информацию о своей деятельности;
  • • установление ограничений на вхождение в состав участников посторонних лиц, обеспечиваемое необходимостью указания в уставе на невозможность перехода доли к третьим лицам, что предохраняет ООО от корпоративных захватов, а участников — от потери контроля над ним;
  • • возможность исключения из ООО;
  • • возможность наделения участника дополнительными правами;
  • • значительно большая, чем в АО, степень диспозитивного правового регулирования. Наряду с указанными достоинствами закрытые структуры, и в частности ООО, имеют ряд существенных недостатков, главный из которых состоит в том, что сложный порядок реализации долей в пользу третьих лиц ставит проблему источников финансирования, которая решается или за счет собственных средств, в том числе средств участников, или за счет заемного капитала. Кроме того, замкнутость таких организаций порождает так называемую проблему двусторонней монополии, суть которой (по мнению ряда специалистов) состоит в том, что участник, выходящий из общества, может диктовать высокую цену за свои акции (доли), но в случае отказа общества от их приобретения сторонний покупатель неизбежно (при вхождении в общество) столкнется с оппозицией со стороны оставшихся в обществе участников [1] .

Правовая природа доли в установном капитале общества с ограниченной ответственностью как объекта наследования

Поспелова Евгения Сергеевна,
Частное образовательное учреждение высшего образования «Омская юридическая академия», город Омск

Первоочередной задачей, предваряющей исследование трудностей, выявляемых при реализации определенных норм права на практике, логично было поставить выяснение правовой природы такого объекта наследования, как доля в уставном капитале общества с ограниченной ответственность (далее – ООО). Следует отметить, что в научной литературе не сложилось мнения, способного обобщить позиции многочисленных ученых и создать единый взгляд относительно правовой природы. Более того, в научных публикациях [12] она названа специфической и для такой характеристики есть основания. Рассмотрим ключевые моменты суждений, нашедших значительное число отзывов в научных кругах.

Существует точка зрения, согласно которой к доле в уставном капитале ООО надлежит применять правовой режим вещей. Логично предположить, что непременно должно существовать веское основание для формирования данной правовой позиции. Действительно, Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации (далее — Президиум ВАС РФ) в одном из своих Постановлений [8] высказался о том, что возможно применить по аналогии правила статей 301, 302 Гражданского Кодекса Российской Федерации (далее ГК РФ) [2] к доле в праве на имущество, иными словами Президиум ВАС РФ разрешил виндицировать имущество, которое всецело отнести к вещами не представляется возможным или, как выразился Григорьев М. в своей статье под названием «Виндицируй незримое», «имущество, не имеющего физического выражения в материальном мире» [3]. Подобный вывод явился следствием следующей цепочки рассуждений. Законодательство допускает такой специфический вид имущества – доля в праве собственности на делимую вещь. Таким образом, взяв во внимание данное допущение, необходимо обеспечить должную защиту обладателю данного вида имущества. Отдельно стоит обратить внимание на тот факт, что защита – это не только возможность обращения в различные суды судебной системы, но и наличие в результате судебного производства правового результата, в частности, виндикация.

В противовес вышеназванной позиции стоит мнение авторитетного ученого Б.М. Гонгало, который обращает внимание на то, что, по его мнению, доля участника – не вещь, не доля в праве собственности на вещь. Анализируя статью 67 ГК РФ (права и обязанности участников хозяйственного товарищества и общества), пункт 7 статьи 93 ГК РФ, закрепляющий последствие перехода доли участника ООО к другому лицу, а именно прекращение участия первого лица в делах ООО, ученый делает вывод о том, что у владельца доли в уставном капитале ООО есть права и обязанности участника. В отличие от первой точки зрения, ученый заключает, что нормы законодательства о собственности, например статья 209 ГК РФ, относительно рассматриваемого объекта не применимы. Данную позицию поддерживает также Новоселова Л.А., определяя долю как совокупность имущественных (корпоративных и связанных с ними) прав и обязанностей участника ООО, объем которых определяется в зависимости от размера вклада участника[5].

Примечателен в этой связи пункт 1.2. Методических рекомендаций по теме «О наследовании долей в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью» [4], который содержит положения о том, что доля участника в уставном капитале ООО – способ закрепления за лицом определенного объема имущественных и неимущественных прав и обязанностей участника ООО. Также вышеуказанный пункт дополняет ссылка на Определение ВАС РФ [7]. К слову заметить, рассматриваемая позиция подкрепляется весьма обширной судебной практикой [6, 9].

Вторая позиция представляется на наш взгляд более убедительной, так как постановление, лежащее в основе первого подхода, можно считать небезосновательно революционным и единичным, в то время как точка зрения, заключающаяся в определении совокупности прав и обязанностей участника ООО в качестве правовой природы доли в уставном капитале ООО, подтверждается многочисленной практикой правоприменения (устоявшимися судебными решениями, рекомендациями, принятыми на Координационно – методическом совете нотариальных палат, призванных, отчасти, координировать работу нотариусов на местах и др.). Кроме того, общий подход к определению прав участников в отношении ООО определяет права учредителей как нетипичные обязательственные права [10].

Заключаем, что доля в уставном капитале ООО представляет собой совокупность не только имущественных прав и обязанностей участника ООО, объем которых определяется вкладом конкретного участника, но и неимущественных прав, таких как право на участие в управлении, принятии решений, получение информации и т.д. [1] Согласно пункту 1.4. Методических рекомендаций по теме «О наследовании долей в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью» [4] личные неимущественные права в состав наследства не входят. Это положение не вызывает сомнений, так как следует из общего правила, закрепленного частью 3 статьи 1112 ГК РФ. Таким образом, неимущественные (организационные) права участника (право участия в управлении делами ООО, прежде всего) не наследуются, но могут переходить к его наследникам с переходом к ним имущественной составляющей доли в уставном капитале ООО безусловно либо при условии согласия остальных участников ООО. Получение такого согласия должно быть предусмотрено уставом ООО, исходя из положений пункта 8 статьи 21 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» [11]. Таким образом, наследственную массу составляет доля в уставном капитале ООО как совокупность имущественных прав и обязанностей наследодателя в отношении конкретного ООО.

Список литературы

  1. Белоотченко Е.А. К вопросу о моменте приобретения статуса участника общества с ограниченной ответственностью в случае наследования доли в уставном капитале общества // Наследственное право. 2014. № 4. С. 25-27.
  2. Гражданский кодекс Российской Федерации: Федеральный закон от 30 ноября 1994 г. № — 151 — ФЗ. Часть первая (ред. от 14.11.2013) // Собр. законодательства Российской Федерации. 1994 г. № 32. Ст. 3301.
  3. Григорьев М. Виндицируй незримое // ЭЖ-Юрист. 2010. № 15. С. 4-5.
  4. Методические рекомендации по теме «О наследовании долей в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью»: утверждены на заседании Координационно – методического совета нотариальных палат ЮФО, СКФО, ЦФО РФ 28 – 29.05.2010 // Нотариальный вестник. 2011. № 2. Справочно – правовая система «КонсультантПлюс» (дата обращения: 01.03.2018 г.).
  5. Новоселова Л.А. Оборотоспособность доли в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью // Объекты гражданского оборота: Сборник статей; Отв. Ред. М.А. Рожкова. М.: Статут, 2007. Справочно – правовая система «КонсультантПлюс» (дата обращения: 01.03.2018 г.).
  6. Определение ВАС РФ от 01.07.2011 № ВАС – 5950/11 по делу № А40 – 66193/10-83-605. Справочно – правовая система «КонсультантПлюс» (дата обращения: 01.03.2018 г.);
  7. Определение ВАС РФ от 07.09.2009 № ВАС – 11093/09) по делу № 41-3292/08. Справочно – правовая система «КонсультантПлюс» (дата обращения: 01.03.2018 г.).
  8. Постановление Президиума ВАС РФ от 09 февраля 2010 года № 13944/09 по делу А56-31225/2008 // Вестник ВАС РФ. 2010. № 5.
  9. Постановление ФАС Поволжского округа от 23.04.2012 по делу № А55-8359/2011. Справочно – правовая система «КонсультантПлюс» (дата обращения: 01.03.2018 г.).
  10. Скловский К.И. Собственность в гражданском праве: Учебно-практическое пособие. М.: Дело, 1999. С. 192.
  11. Федеральный закон от 08.02.1998 № 14-ФЗ (ред. от 29.07.2017) «Об обществах с ограниченной ответственностью» (с изм. и доп., вступ. в силу с 01.09.2017) // Собрание законодательства РФ, 16.02.1998, № 7, ст. 785.
  12. Чернышов Г. Оборот долей в уставном капитале // ЭЖ-Юрист. 2005. № 38. С. 2.

§ 3. Правовой режим доли участия в уставном капитале

общества с ограниченной ответственностью

Правовой режим доли участия в уставном капитале ООО

Понятие доли участия в уставном капитале

Обществом с ограниченной ответственностью, как известно, признается учрежденное одним или несколькими лицами хозяйственное общество, уставный капитал которого разделен на доли определенных учредительными документами размеров.

Таким образом, наличие уставного капитала, разделенного на доли определенных размеров, является одним из принципиальных отличий общества с ограниченной ответственностью от других организационно-правовых форм юридических лиц.

Уставный капитал общества с ограниченной ответственностью составляется из номинальной стоимости долей его участников. Поэтому в законодательстве в качестве синонима понятия «доля в уставном капитале» часто используется понятие «доля участника». Размер доли участника общества в уставном капитале общества определяется в процентах или в виде дроби. Размер доли участника общества должен соответствовать соотношению номинальной стоимости его доли и уставного капитала общества.

Закон разделяет понятия номинальной и действительной стоимости доли участника. Появление понятия «номинальная стоимость» применительно к доле участника является следствием заимствования терминологии из законодательства об акционерных обществах.

Номинальная стоимость доли

Номинальная стоимость доли участника— это условная абстрактная величина в денежном выражении, определяемом стоимостью вклада участника, внесенного при создании общества.

Номинальная стоимость доли определяется исходя из первоначальной оценки вклада участника. Номинальная стоимость доли участника в уставном капитале общества определяется размером уставного капитала общества, закрепленным в его учредительных документах в виде конкретной денежной суммы.

Действительная стоимость доли участника

Действительная стоимость доли участника обществасоответствует части стоимости чистых активов общества, пропорциональной размеру его доли.

То есть действительная стоимость представляет собой некий эквивалент реальной оценки стоимости доли участника. Действительная стоимость доли в ряде случаев определяет размер обязательств общества (его участников) перед участником и третьими лицами, например, в случае выхода или исключения участника из общества. При этом при совершении сделок с долей участия между участниками общества или третьими лицами стоимость доли определяется участниками сделки по соглашению сторон без обязательного учета номинальной и действительной стоимости доли участника.

О соотношении понятий «доля в уставном капитале» и «акция»

Разграничение номинальной и реальной стоимости доли участника в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью позволяет понять правовую природу данного объекта гражданского права. Очевидны аналогии между понятиями «доля в уставном капитале» и «бездокументарная акция». И акция как ценная бумага, и доля в уставном капитале имеют одну и ту же правовую природу и представляют собой субъективное право «быть участником общества»; при этом степень участия определяется денежной оценкой доли или акции .

См.: Белов В.А. Сделки с акциями, выпуск которых не зарегистрирован // Законодательство. 1998. N 10. С. 27.

Главное отличие доли участника от акции в акционерном обществе заключается в том, что номинальная стоимость всех акций одинакова, а размер внесенного акционером вклада в уставный капитал оценивается различным количеством приобретаемых им акций. В обществе с ограниченной ответственностью каждый из участников владеет по одной доле, размер и стоимость которой зависят от внесенного участником вклада.

Нередко буквальное толкование понятия доли уставного капитала общества приводит к ошибочному пониманию доли участника как части уставного капитала общества и части имущества общества. Ошибочность подобного подхода анализировалась в юридической литературе .

См.: Бобков С.А. Уступка доли в уставном капиталеобщества с ограниченной ответственностью // Журнал российского права. 2002. N 7. С. 38.

Правовая природа доли участника

В отношении общества с ограниченной ответственностью его участники имеют обязательственные права (п. 2 ст. 48ГК РФ).Доля участника в уставном капитале удостоверяет наличие совокупности имущественных и неимущественных прав участника (корпоративных прав) в отношении общества, а размер доли определяет объем этих прав.

Участнику общества с ограниченной ответственностью принадлежит совокупность имущественных и неимущественных прав, в том числе:

— право на получение части чистой прибыли общества пропорционально доле в уставном капитале;

— право на получение в случае выхода участника из общества или исключения из общества действительной стоимости доли;

— право на часть имущества общества в случае его ликвидации, оставшуюся после расчета со всеми кредиторами общества;

— право на участие в управлении делами общества, право на получение информации о деятельности общества;

— право на выход из общества.

Владение долей возлагает на участника определенные обязанности, например, вносить вклады в имущество общества. Исходя из вышеизложенного, долю в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью следует рассматривать как имущественное право.

Доля в уставном капитале ООО— это имущественное право, наделяющее его владельца комплексом прав имущественного и неимущественного характера в отношении общества.

Понятие доли участника подробно анализируется в правовой литературе. Как справедливо отмечает Л.А. Новоселова, доля в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью является одним из объектов гражданского оборота, правовая природа которых окончательно не определена . Большинство авторов признают обязательственно-правовой характер доли в уставном капитале хозяйственного общества. Так, по мнению В. Залесского, «доля участника ООО в уставном капитале общества определяет размер обязательственного требования, принадлежащего участнику по отношению к обществу» . В то же время обязательственно-правовая концепция понятия доли критикуется, поскольку существенные условия такого «обязательства» и даже момент возникновения требования не определены . Существуют и другие точки зрения на долю участника, в соответствии с которыми доля рассматривается как идеальная часть в праве собственности на имущество общества, своеобразный аналог доли в общей собственности. Нередко определение доли участника как имущественного права подвергается сомнению исходя из наличия у участника не только имущественных, но и иных прав (право участвовать в управлении делами общества, получать информацию о деятельности общества и др.). Отнесение доли в уставном капитале целиком к такому виду объектов, как имущественные права, по мнению некоторых авторов, суживает содержание обязательственных правоотношений участника и общества .

См.: Новоселова Л.А. Оборотоспособность доли в уставном капиталеобщества с ограниченной ответственностью // Объекты гражданского оборота: Сб. статей. М., 2007. С. 197.

Залесский В. Общество с ограниченной ответственностью в системе хозяйственных товариществ и обществ // Право и экономика. 1998. N 3. С. 19.

См.: Могилевский С.Д. Общество с ограниченной ответственностью: законодательство и практика его применения. М., 2010. С. 39.

См.: Саяпина И.А. Функции и структура уставного капиталаобщества с ограниченной ответственностью // Право и политика. 2005. N 6.

Таким образом, доля участника в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью является самостоятельным объектом гражданских прав, сочетающим комплекс имущественных и неимущественных прав участника общества, носящих корпоративно-правовой характер.

Следует обратить внимание, что в настоящее время сведения о размере и номинальной стоимости доли каждого участника общества должны содержаться в специальном документе — списке участников общества, а не в уставе общества с ограниченной ответственностью. Соответствующие изменения Законавступили в силу с 1 июля 2009 г. . Общество обязано обеспечивать ведение и хранение списка участников общества с указанием сведений о каждом участнике общества, размере его доли в уставном капитале общества и ее оплате, а также о размере долей, принадлежащих обществу, датах их перехода к обществу или приобретения обществом с момента государственной регистрации общества. Сведения об участниках общества подлежат регистрации в ЕГРЮЛ. В случае противоречия сведений в списке участников и в ЕГРЮЛ приоритетом обладают сведения, содержащиеся в ЕГРЮЛ.

Федеральный законот 30 декабря 2008 г. N 312-ФЗ «О внесении изменений в часть первую Гражданского кодекса Российской Федерации и отдельные законодательные акты Российской Федерации».

2.1. О правовом статусе акции и доли в уставном капитале

Ошибки акционера (участника) общества, допускаемые им в арбитражном суде, зачастую связаны с правовой неопределенностью статуса и доли в уставном капитале.

Данный вопрос, помимо теоретического, имеет сугубо практическое значение, так как от его решения зависят способы защиты прав акционера и участника общества с ограниченной ответственностью.

К сожалению, важность этого вопроса недооценена, в первую очередь, судебными органами, так как именно они определяют обоснованность применения того или иного способа защиты прав.

Давайте попытаемся понять для себя — что же представляет собой бездокументарная акция и доля в уставном капитале? Можно ли признавать за акцией и долей право собственности, т.е. наделять их вещными признаками?

Согласно ст. 142 ГК РФ ценная бумага — это документ, и, соответственно, ее можно передавать, что будет означать переход прав по ценной бумаге.

Даже из самого названия «ценная бумага» следует, что изначально бумажный носитель (документ) был обязателен для того, чтобы информация, отраженная на бумаге, приобрела статус ценной бумаги.

Однако та же ст. 142 допускает и случаи, когда для осуществления и передачи прав по ценной бумаге достаточно доказательств закрепления их в специальном реестре.

Очевидно, что если переход прав закреплен в реестре, но ценная бумага (акция) как документ не передана, то несмотря на это права на акции считаются перешедшими к новому владельцу. Можно предположить, что, говоря о закреплении перехода прав на акции в специальном реестре, законодатель исходил из отсутствия необходимости в этом случае передавать акцию как вещь в виде бумажного документа.

Термин «бездокументарные ценные бумаги» пришел к нам из американского права (negotiable non-instruments). Законодательство ряда развитых стран с начала 1980-х гг. предусматривает возможность выпуска фондовых ценных бумаг «без оформления бумажных носителей» (ст. 94-II Закона Франции о ценных бумагах, в редакции от 30 ноября 1981 г., вступившая в силу с 3 ноября 1984 г.).

Российское акционерное законодательство, в основном под влиянием американского права, также разрешило бездокументарную эмиссию акций. Федеральный закон от 28 декабря 2002 г. N 185-ФЗ, внесший поправки в Закон о рынке ценных бумаг, допускает документарную форму эмиссионных ценных бумаг лишь в случае их выпуска на предъявителя. В настоящее время в России акции выпускаются акционерными обществами исключительно в бездокументарной форме.

Акционерные общества получили возможность не прибегать к обычной эмиссии, требующей, помимо прочего, расходов по подготовке специальных бланков акций, а ограничиться записями в реестровых книгах. К бездокументарной форме выпуска ценных бумаг стало прибегать и государство, эмитировавшее ГКО — государственные краткосрочные бескупонные облигации.

Вероятно, многие согласятся с тем, что невозможно создать «бездокументарный документ» и невозможно быть «собственником права», так как в европейском континентальном правопорядке нельзя установить вещное право на право требования.

В силу п. 1 ст. 66 ГК РФ хозяйственными обществами признаются коммерческие организации с разделенным на доли (вклады) учредителей (участников) уставным (складочным) капиталом. Уставный капитал общества составляется из номинальной стоимости акций (долей) общества, приобретенных участниками общества (ст. 25 Закона об АО, ст. 14 Закона об ООО).

Вышеуказанные специальные законы не дают определения понятий «акция» и «доля» в уставном капитале.

Согласно ст. 142 ГК РФ ценной бумагой является документ, удостоверяющий с соблюдением установленной формы и обязательных реквизитов имущественные права, осуществление или передача которых возможны только при его предъявлении. В случаях, предусмотренных законом или в установленном им порядке, для осуществления и передачи прав, удостоверенных ценной бумагой, достаточно доказательств их закрепления в специальном реестре.

Фиксация прав, предоставленных ценной бумагой, в силу ст. 149 ГК РФ может осуществляться в предусмотренных законом случаях лицом, имеющим лицензию путем осуществления официальных записей. Тем самым ГК РФ допускает возможность существования акции в виде не только вещи (документа), но и юридической фикции, когда права по акции отражаются путем записей в реестре акционеров.

Примечательно, что ГК РФ говорит об удостоверении ценной бумагой лишь имущественных прав, в то время как обладание акциями предполагает наличие и неимущественных прав.

Это упущение ликвидирует Закон о рынке ценных бумаг, согласно которому акция — это эмиссионная ценная бумага, закрепляющая права ее владельца (акционера) на получение части прибыли акционерного общества в виде дивидендов, на участие в управлении акционерным обществом (неимущественные права. — Авт.) и на часть имущества, остающегося после его ликвидации.

Согласно ст. 128 ГК РФ к объектам гражданских прав относятся вещи, включая деньги и ценные бумаги (любые, а не только документарные. — Авт.), иное имущество, в том числе имущественные права, работы и услуги, информация, результаты интеллектуальной деятельности, в том числе исключительные права на них (интеллектуальная собственность), нематериальные блага.

Статья 130 ГК РФ также прямо относит деньги и ценные бумаги к вещам (движимому имуществу).

Законодатель наделил акции главным вещным признаком — правом собственности: ст. 28 Закона о рынке ценных бумаг называется «Форма удостоверения права собственности на эмиссионные ценные бумаги».

Права владельцев документарных акций удостоверяются сертификатами, а права владельцев бездокументарных акций удостоверяются в системе ведения реестра записями на лицевых счетах у держателя реестра или в случае учета прав на ценные бумаги в депозитарии — записями по счетам депо в депозитариях.

Интересно, что ст. 128, 130 ГК РФ относят к вещам как ценные бумаги, так и деньги. Однако безналичные денежные средства не могут быть признаны объектом вещного права, ибо, находясь в банке в виде записей по счету (ст. 845 ГК РФ «Договор банковского счета»), они не являются собственностью владельца, а представляют собой обязательственное право требования последнего к банку.

Автору представляется, что законодатель, принимая ГК РФ, вкладывал в слова «деньги и ценные бумаги» материальный смысл вещей (наличные деньги, документарные ценные бумаги).

Сумятицу в этот вопрос внесла ст. 28 Закона о рынке ценных бумаг, в которой использована некорректная, по мнению автора, формулировка, допускающая, что право собственности на бездокументарные акции существует и может удостоверяться. Автор полагает, что, принимая в 1996 г. закон, законодатель не придавал значения вопросу о правовом статусе бездокументарной акции, отождествляя в своем правосознании акцию с документом, который можно держать в руках и передавать другим лицам.

В пользу такой позиции свидетельствует хотя бы то, что буквальное толкование словосочетания «ценная бумага» прямо предусматривает необходимость использования бумаги в виде отдельного документа для того, чтобы закрепить права на акцию.

Бездокументарная акция в силу отсутствия бумажного документа не может считаться в буквальном смысле бумагой (тем более ценной) в глазах любого лица — как обывателя, так и искушенного юриста. Автор полагает, что применительно к бездокументарным акциям назрела необходимость изменения формулировки закона путем исключения слова «бумага».

Примечательно, что уже в ст. 29 того же закона более осторожно говорится лишь о переходе прав на ценные бумаги и реализации этих прав, без указания на то, что речь идет о праве собственности.

В то же время статус акции как вещи, на которую существует право собственности, подтверждается ст. 8 Закона о рынке ценных бумаг, согласно которой предусмотрено существование фигуры добросовестного приобретателя акций, а такая фигура может иметь место только при защите вещных, а не обязательственных прав (ст. 302 ГК РФ).

В той же ст. 8 говорится о том, что внесение имени номинального держателя ценных бумаг в систему ведения реестра, а также перерегистрация ценных бумаг на имя номинального держателя не влекут за собой переход права собственности и (или) иного вещного права на ценные бумаги к последнему.

Статьи 142 и 149 ГК РФ говорят лишь о фиксации прав, но не о праве собственности на бездокументарные ценные бумаги.

Автор полагает, что, не являясь документом, бездокументарная акция лишь подтверждает наличие имущественных и неимущественных прав ее владельца, но не предполагает возможность наличия права собственности на нее.

Тем не менее неосторожность законодателя в вопросе о правовом статусе бездокументарной акции послужила причиной тому, что в Положении о ведении реестра ФКЦБ России предусмотрела, что в реестр акционеров вносятся записи о переходе права собственности на акции. Возможно, ФКЦБ России при издании постановления N 27 и не задумывалась над вопросом, может ли быть юридическая фикция вещью.

Примечательно, что в Положении о депозитарной деятельности в Российской Федерации (утвержденном постановлением ФКЦБ России от 16 октября 1997 г. N 36) ФКЦБ России гораздо более осторожно подошла к вопросу о переходе прав по ценным бумагам. Так, в п. 2.4 указано, что совершаемые депозитарием записи о правах на ценные бумаги удостоверяют права на ценные бумаги, если в судебном порядке не установлено иное.

Согласно п. 5.4 «права на ценные бумаги, которые хранятся и (или) права на которые учитываются в депозитарии, считаются переданными с момента внесения депозитарием соответствующей записи по счету депо клиента (депонента). Однако при отсутствии записи по счету депо заинтересованное лицо не лишается возможности доказывать свои права на ценную бумагу, ссылаясь на иные доказательства».

Таким образом, применительно к депозитарной деятельности ФКЦБ России не употребляет таких выражений, как «удостоверение перехода права собственности на ценные бумаги».

Когда акции в России существовали в форме сертификатов и при этом права на них учитывались в системе ведения реестра акционеров, предполагалось право собственности на акцию как на документ.

С 2003 г. акции в России могут выпускаться только в бездокументарной форме, однако запись в реестре, фиксирующая права владельцев бездокументарных акций, согласно постановлению ФКЦБ России должна удостоверять право собственности на акции.

Из содержания раздела II «Право собственности и другие вещные права» ГК РФ однозначно усматривается, что право собственности отнесено законодателем к вещным правам.

Таким образом, несмотря на то что бездокументарная акция не является материальной вещью, арбитражные суды, как правило, признают бездокументарные акции вещью, исходя из требований ст. 128, 130 ГК РФ, ст. 8, 28 Закона о рынке ценных бумаг и п. 7.3 Положения о ведении реестра.

Итак, в российском законодательстве, несмотря на принадлежность к романо-германской системе права, нематериальный объект (имущественные и неимущественные права) в виде бездокументарных акций наделен вещными признаками. За ними признается способность удостоверять право собственности в силу прямого указания на это в законе.

(Подробнее о научной дискуссии, связанной с правовым статусом акций, см. книгу автора «Проблемы корпоративного права в арбитражной практике».)

Разобравшись с правовой природой бездокументарной акции, зададимся вопросом: а чем, собственно, бездокументарная акция кардинально отличается от доли в уставном капитале?

В силу п. 1 ст. 66 ГК РФ хозяйственными обществами признаются коммерческие организации с разделенным на доли (вклады) учредителей (участников) уставным (складочным) капиталом. Уставный капитал общества составляется из номинальной стоимости акций (долей) общества, приобретенных участниками общества (ст. 25 Закона об АО, ст. 14 Закона об ООО).

Исходя из положений вышеуказанных законов, акционерное общество и общество с ограниченной ответственностью представляют собой объединение физических и (или) юридических лиц, основанное на началах членства их участников, у которых традиционно имеется триада правомочий: право на участие в управлении делами общества, право на получение прибыли и право на получение ликвидационной квоты.

В открытых акционерных обществах права участников получили закрепление в ценной бумаге — акции и тем самым приобрели свойство повышенной оборотоспособности в упрощенном порядке.

Из теории права (ст. 209 ГК РФ) мы знаем, что собственнику принадлежит право владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Чем же владеет держатель бездокументарной акции (доли в уставном капитале), если нет вещи в фактическом понимании этого термина, а есть юридическая фикция (абстрактная вещь)?

Признание права собственности на бездокументарные акции и доли означает усечение классической триады (владение, пользование, распоряжение).

В ГК РФ по-разному определен круг лиц, имеющих право выступать залогодателем при залоге вещей (п. 2 ст. 335) и при залоге прав (п. 3 ст. 335). Признание за бездокументарной акцией и долей права собственности влечет возможность заложить их как вещь, а не как права.

Автор полагает, что правовая природа акции и доли в уставном капитале является единой в силу ст. 66 ГК РФ, согласно которой уставный капитал хозяйственных обществ разделен на доли (вклады) учредителей (участников). Однако, в отличие от акции, законодательство РФ не допускает возможности существования права собственности на доли, так как доля в уставном капитале никогда не существовала в России в виде документа, и обладание ею свидетельствует о наличии обязательственных, а не вещных прав (имущественных и неимущественных).

Было бы разумным унифицировать подход к правовому статусу долей и бездокументарных акций, отнеся их к совокупности неимущественных и имущественных (обязательственных) прав.

Овеществление же бездокументарных акций противоречит доктрине российского права и требует внесения изменений в законодательство. При этом допущение права собственности на бездокументарные акции предполагает наделение таким правом и доли в уставном капитале в силу крайней схожести их правового статуса.

Статья написана по материалам сайтов: conf.omua.ru, studfiles.net, www.adhdportal.com.

«